Гелиос 58. Том 2. Да здравствует сила! (Издание второе) - Сергей Сигрин

необходимость можем перейти на общение посредством псиволн, – сообщил интеллект.

– Нет, живое общение приятнее, – произнёс Габриэль, а сам подумал. – «Мало ли какая сумасшедшая мысль у меня появится, а система начнёт исполнять, брр…»

– Система готова к получению маркера, – проинформировал интеллект о начале процедуры присвоения имени.

– Лекс, – не раздумывая, произнёс Габриэль.

– Имя принято, – сказал интеллект корабля. – Задайте предпочтение голоса – мужской или женский.

– Нейтральный.

– Нейтральный невозможен, – показалось, что интеллект усмехнулся.

– Тогда – мужской, – определился Габриэль.

– База «Север» в данный момент находится в автоматическом режиме, отклонений и ошибок в работе не обнаружено, нарушений не зафиксировано, – доложил интеллект Лекс голосом опытного экскурсовода.

– Идём на «Юг», – распорядился Габриэль.

Корабль летел над бесконечным морем из красновато-оранжевого песка, который покрывал всю поверхность Поконы от горизонта до горизонта. Кое-где над поверхностью проглядывали коричневые в чёрных пятнах острые валуны, словно хребты фантастических существ, что всплыли из глубин песчаного океана погреть свои каменные спины в лучах Свелара, пробивавшиеся сквозь оранжевые в синюю и коричневую полосы облака и рождавшие на поверхности планеты замысловатые рисунки, превращающие струи текущих песчинок в удивительных змей, что решили пересечь эту безжизненную пустыню.

– Как это всё напоминает Крантеру, – тихо сказал Габриэль.

Валуны стали попадаться чаще и, сверившись с картой, он увидел, что корабль приближается к станции.

– База «Юг», – интеллект «Стрелы» уже связался с управляющей программой станции и получил все необходимые данные, – работает в автоматическом режиме, сбоев и ошибок нет, нарушений не обнаружено.

– Хорошо, выходим на стартовую позицию для прыжка, – распорядился Габриэль.

«Зачем я сюда прилетел? – это было странное ощущение и Габриэль не смог бы его объяснить даже если бы и очень захотел. – Ведь что-то же привлекло моё внимание, или может быть планета была ближе всех к Терису»?

Он мысленно пожал плечами и в этот момент корабль взял курс на выход из атмосферы.

Недалеко от базы «Юг» зашевелились пески и из-под них показался и завис над красновато-оранжевой песчаной поверхностью серебристый корабль малого класса. Он имел сравнимые с рейдером «Стрела» размеры, но его грани были более острые, а крылья имели вытянутые концы, делая внешние формы стремительнее и агрессивнее. Корабль резко задрал нос вверх и на форсаже ушёл в атмосферу.

– База «Юг» передала сигнал о полевом возмущении в пределах Поконы, – сообщил Лекс.

– Выдай на карту расположение планет, – проигнорировал сообщение Лекса Габриэль, решив, что это командующий спецоперациями Териса отдал распоряжение сопроводить своего нового подопечного в его рейде.

На голокарте появилась вся система Свелара с текущим местоположением планет и Габриэль понял, что развёрнутая экскурсия у него не получится – с этой стороны от звезды располагались лишь три планеты Терис, Покона и Унир.

– Ладно Лекс, курс на Унир, – решил посетить последнюю из ближайших планет Габриэль.

– Сенсоры фиксируют приближение полевого возмущения, – проинформировал интеллект корабля и чуть погодя. – Курс на Унир проложен.

– Исполняй, – подтвердил своё решение Габриэль.

Корабль включил прыжковые двигатели и по линиям гравинапряжения переместился на орбиту девятой планеты.

Унир был каменистым гигантом тёмно-бирюзового цвета. Лучи Свелара едва достигали его поверхности и еле заметная атмосфера не поднималась выше нескольких метров, стелясь белесым туманом среди безжизненных и холодных валунов и заполняя все каньоны и метеоритные кратеры молочной хмарью.

– Ну и что меня притащило сюда? – Габриэль вышел из корабля и посмотрел на каменистую поверхность, по которой тонкими струями текли замёрзшие газы. – Лекс, дай состав атмосферы.

– Гелий, – при этом слове интеллекта Габриэль скривился, – азот, метан, криптон.

– Переведи карту местности на мой визор, – попросил он Лекса.

Перед ним развернулась трёхмерная картина, в центре которой находилось изображение корабля и его самого. Габриэль кинул взгляд на карту и решил прогуляться до ближайшего метеоритного кратера, чтобы заглянуть в его глубины.

«Никто потом не скажет, что я не стоял на краю бездны», – он вспомнил уходящие на много километров вглубь расщелины на звезде бета пять и поморщился. – А вдруг упаду вниз и буду долго лететь, интересно, о чем я буду думать?»

Шагать было недалеко и он совершенно не устал – мускульные усилители, встроенные в доспехи, прекрасно справлялись со своей задачей, делая прогулки в условиях повышенной или пониженной гравитации обыденным и привычным делом.

Он остановился на краю кратера и посмотрел вниз – в сумрачной его глубине белёсыми извивающимися струями текла атмосфера Унира.

– Это стоило того, – восхищённо произнёс он, находясь как ему казалось на галёрке космического театра, где шёл спектакль оптических иллюзий.

Отчего-то ему захотелось спустится вниз и посмотреть на это представление из первого ряда и тут на самом краю карты, он заметил странный объект, который никак не мог быть частью местного пейзажа. Габриэль стал спускаться по склону кратера в сторону замеченного им объекта, погружаясь всё глубже и глубже в молочные струи замёрзших газов.

– Прямо как иду через облако, – сказал Габриэль, вспомнив, как они с Мими, будучи в поездке по Африке, поднимались на гору Килиманджаро. В тот день стояли низкие облака и они изрядно промокли пока добрались до базового лагеря, – а потом была эта поездка на водопад. М-да…

– Сигнал слабеет, – предупредил интеллект корабля Лекс, – рекомендую вернуться.

– Понял, – подтвердил Габриэль и скомандовал, – выпусти дрон и обследуй метеоритный кратер на северо-северо-запад от корабля.

– Исполняю, – принял команду Лекс.

Одна из панелей сразу за кабиной пилота корабля отошла в сторону и из отсека для разведывательной аппаратуры вылетел небольшой автоматический дрон. Дрон имел свой интеллект, привязанный к интеллекту корабля, четыре плазменно-ионных двигателя, был оснащён аппаратурой наблюдения в видимом и невидимых спектрах и по внешнему виду напоминал модель самого рейдера «Стрела», которую несведущий человек мог бы принять за игрушку, но был бы сильно разочарован поскольку дрон обладал арсеналом из четырёх микроракет и мог, в критической ситуации, перегрузить двигатели вызвав локальный плазменный коллапс. Дрон завис над центром кратера, передав данные с датчиков интеллекту корабля и на проекционный экран в шлеме Габриэля. Объект был уже в пределах видимости и, как показывало наблюдение с дрона, был единственным искусственным образованием в кратере.

– Объект искусственного происхождения, активность отсутствует, – сообщил интеллект корабля.

– Спасибо кэп, – усмехнулся Габриэль, – уже вижу его.

– Не понял команды, – растерялся интеллект.

– Я пошутил, – пояснил Габриэль.

– Ха-ха, – поддержал шутку Лекс, чем вызвал удивление у Габриэля и подозрение в сканировании воспоминаний.

Объект был на треть погружён в породу, частично разрушен и походил на груду металлолома со свалки космических кораблей.

– Это не корабль Териса, – сообразил Габриэль, осматривая остов неизвестного судна.

Силовой каркас был погнут, местами имелись повреждения от взрывного плазменного воздействия, но технология, по которой он был изготовлен, в целом была идентична технологиям Териса.

– Лекс, дай мне тип корабля, – попросил Габриэль.

– Корабль разведчик, тип «Оса», произведён в системе Дем, данные о столкновениях в этом секторе отсутствуют, – выдал сжатую информацию интеллект.

– Мало, – вздохнул Габриэль и решил проверить кабину пилота.

С трудом открыв покрытый копотью изнутри фонарь кабины и поблагодарив в очередной раз создателей доспехов за мускульные усилители, он увидел сидящего в кресле пилота. Его доспехи были похожи и одновременно отличались от всех видов обмундирования, что Габриэль успел увидеть на Терисе – шлем был круглой, а не округло-треугольной формы, доспехи были тёмно-синего цвета, по виду из того же энергокерамометалла, но имели более острые, рубленые грани, создавая ощущение опасности и стремительности.

– Такие же как мы, но не такие, – пробурчал Габриэль и решил снять шлем у погибшего пилота, чтобы взглянуть на его лицо.

Шлем снимался таким же образом, как и шлем Габриэля – достаточно было нажать на особые впадины в двух местах и тогда соединительные манжеты расходились, освобождая элемент обмундирования. Он аккуратно снял шлем и перед его взором предстало лицо белокурой девушки с ясными голубыми глазами, в которых застыл ужас.

– Зафиксируй образ, – попросил Габриэль интеллект корабля, – найди в базе данных.

«Девушка была жива после крушения, – подумал он, – просто её зажало и она не смогла выбраться… Нелепая смерть».

Он смотрел в открытые глаза девушки в которых отражались струи